Трусова снова в строю, Валиева готовится к возвращению, российским фигуристам открыли двери на международную арену - именно об этом подробно рассказал хореограф команды Этери Тутберидзе Даниил Глейхенгауз в большом летнем интервью. Беседа велась еще до ухода Аделии Петросян, поэтому эту тему специалист не поднимал, сосредоточившись на других ключевых вопросах: Олимпиада, смена поколений, допуск россиян, перспектива юниоров и состояние лидеров - Александры Трусовой, Камилы Валиевой и Алисы Двоеглазовой.
После Олимпиады в Милане, по словам Глейхенгауза, эмоциональный фон был крайне тяжелым. Все разочарование накрыло прямо там, на месте: первые дни он старался практически не выходить из своей комнаты, один из дней провел, вообще не появляясь на улице. Это было не только про конкретный результат, а скорее следствие накопленной усталости: долгие месяцы подготовки, постоянное напряжение, огромные затраты сил и нервов - и в итоге не тот итог, на который рассчитывали. При этом тренер признает: они ехали в Милан без ощущения абсолютного фаворита, как это бывало на прежних Олимпиадах, когда в команде была железная уверенность в золотых медалях. Но надежда и амбиции все равно оставались - естественно, в такой ситуации остается осадок, что командой не был продемонстрирован прежний уровень доминирования.
Хореограф подчеркивает, что в спорте невозможно постоянно находиться на вершине, но те внутренние стандарты, к которым он привык в своей группе, очень высоки. Поэтому любое отклонение от "идеальной картинки" воспринимается болезненнее, чем со стороны. В такие моменты важны не только разбор программ и ошибок, но и восстановление эмоционального баланса - без этого невозможно строить следующий цикл.
Одним из самых ожидаемых событий стал допуск российских фигуристов к международным соревнованиям в нейтральном статусе. Глейхенгауз вспоминает, что узнал об этом почти случайно - подъезжал к катку, увидел новость и ощутил прежде всего облегчение: наконец сделан первый шаг. Его позиция проста: форма допуска сейчас не так важна, ключевое - само возвращение на международную арену. Далее все зависит исключительно от спортсменов: насколько быстро они смогут вернуть России необходимые квоты, набрать рейтинг, закрепиться в верхних строчках таблиц.
Особый оптимизм у него вызывает юниорский уровень. В этой категории Глейхенгауз практически не видит проблем с конкуренцией. По его оценке, все российские ребята, которые получат свои этапы юниорской серии Гран-при, способны сразу отбираться в финал и бороться там за призовые места, а затем - за медали юниорского чемпионата мира. Такой расклад, по мнению специалиста, уже в следующем сезоне позволит заявлять полные команды. В танцах на льду он осторожен в прогнозах - многое будет зависеть от судейства и распределения стартов, - но в парном катании на юниорском уровне Россия традиционно сильна: там на протяжении многих лет у российских дуэтов почти не было равных.
Что касается одиночного катания у юниоров, Глейхенгауз выделяет Льва Лазарева и Елену Костылеву. С учетом того, что часть лидеров, вроде Мао Симады, постепенно будет переходить во взрослый спорт, он не видит для них непреодолимых соперников. При этом специалист честно говорит: уверенности в допуске долгое время не было, приходила противоречивая информация, которую сложно было проверить. В какой‑то момент, признается он, перестаешь верить любым слухам и просто ждешь официального решения, настраиваясь на разные сценарии.
Отдельная непростая тема - система рейтингов и попадание на взрослые этапы Гран-при. Глейхенгауз объясняет, что сейчас сложилась парадоксальная ситуация: теоретически Петр Гуменник и Аделия Петросян еще могут через старты уровня "челленджер" добрать необходимые рейтинговые очки и в случае снятия кого‑то из заявленных фигуристов вписаться в состав участников Гран-при. Но для большинства остальных этот путь фактически закрыт из‑за строгих регламентов. Показательный пример - Александра Трусова. Она планировала рассчитывать на этап Гран-при в случае допуска России, пользуясь тем, что является призером и чемпионата мира, и Олимпийских игр. Однако перед допуском был изменен ключевой параметр: если раньше учитывались достижения за последние десять лет, то теперь период сократили до четырех сезонов. В итоге часть прежних заслуг формально перестала "работать" при распределении мест.
В ситуации с Алисой Двоеглазовой логика была иной. Вариант ее выступления в юниорах рассматривался только в случае, если допуск коснулся бы исключительно юниорского уровня. Тогда переход в эту категорию имел бы смысл: это возможность стартов, международного опыта, очков. Но с открытием дверей и во взрослый сегмент в этом надобность пропала - конкуренция у девушек‑юниорок сейчас ничуть не ниже, а нагрузка при этом колоссальная. Учитывая состояние здоровья Алисы и ее травмы, команда приняла решение не форсировать события.
Глейхенгауз подчеркивает: Двоеглазова пока даже не возвращалась на лед. Все восстановление идет строго по протоколу врачей, и здесь нет ни малейшего пространства для риска. При подобном характере травм главное - не допустить рецидива, выдержать весь обозначенный специалистами срок до конца, без попыток ускорить процесс ради участия в стартах августа или сентября. Хореограф считает, что разговоры о ее ближайших турнирах сейчас попросту бессмысленны: здоровье и полноценное восстановление куда важнее.
Если говорить о лидерах, в новый сезон, по словам Глейхенгауза, входят две ключевые фигуры - Александра Трусова и Камила Валиева. Обе, по его словам, действительно хотят продолжать и по‑прежнему мотивированы. О Камиле он говорит аккуратнее, не раскрывая всех деталей подготовки, но подтверждает: настрой у нее рабочий, желание кататься и выступать никуда не делось. Это важно на фоне сложнейшего периода в ее карьере, когда психологическое давление и внешние факторы могли окончательно отбить охоту к спорту.
О Трусовой же он говорит особенно ярко и конкретно, поскольку сейчас активно работает с ней в тренировочном процессе. По настрою и дисциплине Александра, по мнению хореографа, буквально возвращает всех в "прекрасные времена" ее рекордных прокатов. Несмотря на то, что у нее маленький ребенок, множество проектов, известность и медийная занятость, в работе она остается тем же человеком, которого приходилось не подгонять, а, наоборот, останавливать. Привычная для многих спортсменов ситуация: тренер весь лед кричит "Возьмите музыку, начните прокат", - к Саше не относится. Когда ей предлагают "чуть‑чуть поработать по короткой программе", подразумевая отработку отдельных фрагментов под музыку, она просто выходит и откатывает программу целиком. И это в середине июля, когда многие еще входят в форму и только набирают обороты.
Глейхенгауз признается, что сейчас, конечно, тренеры более тщательно контролируют объемы нагрузки: Трусова уже не должна тащить на себе те же безумные объемы, что в юности, и количество четверных прыжков не обязано быть прежним. Но даже в таком режиме остается главное - виден настоящий спортсмен, который понимает, как нужно работать, чтобы возвращаться на высший уровень. Именно такой подход позволял ей раньше сражаться за максимальные титулы, и та же внутренняя планка просматривается и сегодня.
Размышляя о разных поколениях, тренер отмечает, что прежняя волна спортсменов казалась более "голодной" до побед. Внутри группы шла жесткая, но спортивная конкуренция за каждую тренировку: кто больше возьмет музыку, кто чище выполнит прыжок, кто дольше выдержит сложные связки. Это создавало эффект постоянного роста - каждый день кто‑то делал небольшой шаг вперед, подтягивая остальных. Сейчас, признает Глейхенгауз, он не всегда видит такую же запредельную мотивацию у молодежи.
Он предполагает, что частично это следствие периода отстранения: у юных фигуристов могло появиться ощущение, что твой труд не гарантирует возможности выступать на главных стартах. Когда несколько лет подряд нет понятной перспективы - Олимпиады, чемпионатов мира, - часть ребят подсознательно сбавляет обороты. Тем не менее, по мнению Глейхенгауза, с возвращением международных стартов у нового поколения будет шанс перезагрузить отношение к тренировкам и снова почувствовать вкус реальной, а не виртуальной конкуренции.
Еще одна важная линия разговора - психологическое состояние тренеров и спортсменов после всех потрясений последних лет. Глейхенгауз подчеркивает, что в такие периоды тренерская работа выходит далеко за рамки "поставить элемент" или "собрать программу". Приходится быть и психологом, и менеджером нагрузки, и человеком, который помогает спортсмену увидеть будущее в спорте, даже если вокруг много неопределенности. Особенно это касается тех, кто уже успел побывать на Олимпиаде и испытал и триумф, и жесткое давление в одном флаконе.
Возвращение россиян на международную арену, по его словам, меняет и стратегию подготовки. Теперь важно не просто показать максимум в рамках внутреннего календаря, а грамотно распределить пик формы с учетом возможных зарубежных стартов, требований к рейтингу, долгих перелетов и судейской специфики. Команде предстоит заново адаптироваться к этим условиям, которых несколько лет не было, и это тоже отдельный вызов.
В контексте Валиевой Глейхенгауз говорит аккуратно, но ясно дает понять: Камила по‑прежнему воспринимается как спортсменка высочайшего уровня, способная вернуться в элиту. Для этого важно не только техническое состояние, но и умение прожить тяжелый опыт, не сломавшись. Внутри группы, по его словам, к ней относятся не как к "истории из прошлого", а как к действующей фигуристке, которая способна решать самые сложные задачи на льду.
В целом из слов Глейхенгауза выстраивается картина переходного, но многообещающего сезона. Опытные лидеры, вроде Трусовой и Валиевой, готовы работать и возвращать себе топовые позиции. Юниоры имеют реальные шансы быстро войти в число сильнейших на своих чемпионатах и обеспечить России необходимые квоты. Тренерский штаб, пережив эмоциональное выгорание после Олимпиад и отстранения, переосмысливает подходы и снова настраивается на борьбу за самые высокие цели.
Теперь многое будет зависеть от того, насколько быстро спортсмены сумеют адаптироваться к обновленным правилам, системе рейтинга, жесткой конкуренции и высокой плотности календаря. Но одно, по мнению Глейхенгауза, уже очевидно: период неизвестности закончился, и впереди снова настоящий спорт, в котором все решают работа, готовность брать на себя риск и умение выдерживать давление больших стартов.